«Томский» филиал ФГУП «Московское ПрОП» обслуживает город Томск и Томскую область с общим населением более одного миллиона человек. 

На сегодняшний день предприятие оказывает самый широкий спектр протезно-ортопедических услуг.

Наше предприятие занимается изготовлением и реализацией ортопедической обуви, обуви на протезы, вкладных ортопедических коррегирующих приспособлений. Предприятие обеспечивает реализацию специальных изделий, предназначенных для пользования протезами и ортезами: подколенников, кожаных брюк с подошвами, перчаток и косметических оболочек на протезы, перчаток компрессионных, чехлов на культи конечностей.

На предприятии осуществляется диагностика состояния дефектов и реабилитационных возможностей у лиц, нуждающихся в протезно-отропедической помощи, с целью определения объема, вида и характера указанной помощи. Осуществление специальных мероприятий по подготовки к протезированию, непосредственно протезированию, подгонке и пользованию протезно-ортопедическими изделиями в том числе в стационаре сложного протезирования.

История предприятия

Старинное кирпичное здание на проспекте Фрунзе, 5 не может похвастаться вычурной отделкой или богатой лепниной, но его стены хранят очень интересную историю.

Это здание и его сосед по адресу ул. Советская, 43 было построено в начале прошлого века купцом Петром Васильевичем Болотовым для торговых служб. В середине 1920-х сюда переехало первое в Сибири протезно-ортопедическое предприятие, созданное еще при Колчаке. И вот уже почти сто лет история купеческой усадьбы и протезного предприятия неразрывно связаны друг с другом.

 


Район элитной застройки XIX века

Местность Томска, где расположено здание, с давних времен носила название Юрточная гора. Возвышенное расположение, спасавшее от наводнений, и обилие ключей делали ее удобной для застройки. И уже в XIX веке Юрточная гора стала административным и культурным центром города и привилегированным местом жительства.

Одним из первых миллионеров, поселившихся в этом районе, стал знаменитый золотопромышленник Иван Асташев, чей особняк сегодня занимает Томский областной краеведческий музей. Напротив было имение его коллеги по золотодобыче — Философа Горохова — с роскошным садом. Позже Горохов обанкротился, особняк сгорел, а на его месте было построено каменное здание Общественного собрания Томска (Дом офицеров).

Параллельно Почтамтской гудела улица Дворянская (сегодня улица Гагарина). Здесь в доходных домах снимали квартиры чиновники почтовой конторы и губернаторского правления, городская интеллигенция: врачи, преподаватели, инженеры. Дворянская была одной из самых оживленных улиц Томска. В летнее время по ней шел большой поток горожан, желающих прогуляться подальше от пыльной Почтамтской, круглый год здесь сновали телеги, на которых крестьяне спешили добраться на базар, и обозы, доставлявшие товары в магазины. Дворянская пестрила вывесками, которые предлагали купить книги, меха, белье, сумки, бижутерию, зеркала, продукты питания.

В начале прошлого века в этот праздник жизни влился купец II гильдии Петр Васильевич Болотов. На углу улицы Дворянской и улицы Нечаевской он построил собственный двухэтажный торговый дом.

Во дворе торгового дома для удобства арендаторов, да и своего собственного, Болотов построил двухэтажную каменную конюшню, где по всей видимости, не только разгружали обозы, но и хранили товары. Постройка сохранилась до наших дней.

На этом же участке появился купеческий особняк, фасад которого выходил на Спасскую улицу. Дом сохранился и числится по адресу: улица Советская, 43. На Спасской селились купцы с доходом поскромнее чем у тех, кто населял Почтамтскую.

О жизни Болотова почти ничего не известно. Детей он не имел. В городе его уважали, в начале 1890-х годов Петр Васильевич был церковным старостой в Благовещенском кафедральном соборе (находился на месте нынешней площади Батенькова, до наших дней не сохранился). В XIX веке старост выбирали из мирян для ведения хозяйственных дел церковной общины: сбор пожертвований и забота о сохранности казны, закупка свечей и ремонт храма. Человек с улицы на эту должность попасть не мог — его либо назначал настоятель, либо избирал местный приход.

На этом информация о судьбе Болотова обрывается. Дожил ли он до прихода Колчака, пережил ли события 1917 года, мы не знаем. Но история его наследия на этом не заканчивается.

После прихода к власти большевиков имущество Болотова было национализировано, и в середине 1920-х помещения торгового дома и купеческого особняка заняло известное на всю страну томское протезно-ортопедическое предприятие.

Сегодня протезной мастерской в этом здании более ста лет. Сложно представить, но его история начиналась с небольшой мастерской в стенах Томского технологического института (сегодня ТПУ).


Протезы от инженера Малышева

В 1918 году инициативная группа ученых, представлявших механическое отделение института и медицинский факультет университета, разработали проект создания Травматологического института, в рамках которого должны были соединиться механика и биология.

Идея возникла в связи с необходимостью, вызванной Первой мировой войной. Одновременно, в обстановке гражданской войны, потребность в продукции такого рода возрастала, и в 1919 году при Обществе помощи раненым и больным воинам был организован Протезный отдел со своей печатью, бюджетом и штатом сотрудников.

Позже, на базе Протезного отдела, была создана «Томская казенная протезная мастерская», со штатом 31 человек. С установлением в городе Советской власти, мастерская перешла в ведение Томского областного отдела социального обеспечения, а в 1921 году она переименована в Восточно-Сибирский Протезный институт, отошедший в ведение Наркомздрава.

После выхода России из Первой мировой войны Малышев возвращается в Томск. К этому времени в Сибири установилось Временное Всероссийское правительство во главе с Колчаком и столицей в Омске. Осенью 1918 года стало очевидным, что борьба с большевиками затягивается, кроме того, после выхода России из войны во второй половине ноября за Урал хлынул поток освобожденных русских военнопленных, стремящихся попасть домой. И в правительственных кругах, и в обществе назрела мысль о создании в Сибири для помощи пострадавшим воинам протезной мастерской.

Малышев берет на себя инициативу. Вместе со своими коллегами директором ТТИ Иваном Бобарыковым и профессором Томского императорского университета, хирургом Николаем Березнеговским добивается финансирования проекта. Для работы выделено помещение малой физической аудитории в стенах технологического института.

Новость о протезной мастерской моментально разлетается далеко за пределы Томска. В город съезжаются десятки, изувеченных на фронтах Первой мировой и гражданской войн. Быстро становится очевидным, что небольшая мастерская при институте не сможет справиться с таким количеством пациентов. В апреле 1919 года Отдел призрения (от слова «призрети» — милостиво посмотреть; принять; приютить — прим. ред.) МВД Временного Всероссийского правительства заявляет о намерении организовать в Томске протезную мастерскую со сметой в 445000 рублей. Заведующим избирают Малышева.

С августа 1919 года предприятие становится Томской казенной протезной мастерской. Жилищная комиссия передает ей помещение аукционного зала «Помощь», который, по-видимому, находился в здании «Верхнего гастронома» купца Гадалова на Ново-Соборной площади, в тот период площадь Революции.

По слухам, к тому времени сам Гадалов бежал из Томска вместе со своей супругой Валентиной Ефимовной и приемной дочерью, опасаясь преследования большевиков. Дело в том, что еще в апреле 1918 года купец был арестован красногвардейцами прямо во время церковной службы в Троицком кафедральном соборе. И только благодаря протестам со стороны церковнослужителей и поручительству губернского комиссара юстиции Исайя Нахановича, Гадалов был отпущен на свободу.

В 1920 г. Александр Петрович назначен директором Сибирского протезного института (по совместительству), а в 1921 г. Малышеву присвоено звание профессора.

Позже в выпуске газеты «Красное знамя» за 18 февраля 1925 года, напишут:

«Протезный институт существует с 1 августа 1919 г. Дело началось почти из ничего, при отсутствии квалифицированных рабочих и руководителей. Пришлось изучить дело в процессе работы, причем до 1922 г. не было даже связи с существовавшими мастерскими СССР.»

В 1921 году мастерская вновь меняет свой статус, теперь это Восточно-Сибирский протезный институт.

Учреждение все еще находится в доме Гадалова. Сохранилась фотография с вывеской института, в окнах которого отражается еще не снесенный на то время Троицкий кафедральный собор. До 1924 года протезный институт находился в доме Гадалова.

В 1923 году Александр Малышев по распоряжению Наркомздрава направляется в Москву как «незаменимый специалист» на Центральный протезный завод страны, ныне Акционерное общество «Московское производственное объединение «Металлист», где был назначен заместителем председателя Научно-протезной комиссии при ученом медицинском совете и где он занимался разработкой конструкций протезов верхних конечностей. Одновременно он возглавлял конструкторское бюро текстильных машин. В дальнейшем Малышев публикует свои разработки «Конструкции протезов верхних конечностей» и «Основы технической биомеханики» в книге «Протезное дело». К 1942 г. у Малышева имеется 35 научных работ.

А.П. Малышев с играл весьма важную роль в деле развития протезного дела, а также текстильного машиностроения в стране. Одним из первых начал разработку вопросов синтеза механизмов, Его учебники стали первыми советскими учебниками по прикладной механике. Малышеву удалось вывести формулу, которую называют его именем.

Время шло, небольшая мастерская превратилась в крупное производство.

 

«…было произведено громадное число снабжений, и одним томским протезн. институтом ко 1-го января с. г. на время с 1919 года было произведено 1020 снабжений.

Однако потребность в протезах и ортопедических аппаратах чрезвычайно велика, и на 1-е января состояло по институту невыполненных 437 снабжений, а в переводе к единице – протезуноги – около 360 единиц.»

«Но, ведь, томский институт обслуживает всю Восточную Сибирь. Ясно, что и этого слишком мало. Необходимо донести производительность, по крайней мере, до 40–50 единиц в месяц, чтобы ликвидировать все очереди в течении года.»

«Томский протезный институт, не смотря на свою молодость (он существует лишь четвертый год), занял солидное место в ряду других протезучреждений Советской России, именно: он стоит по своей мощности на 3м месте после Москвы и Саратова и почти в два раза превышает петроградскую мастерскую.

Кроме чисто производственной работы, томский институт отмечен в центре, как имеющий высоко квалифицированных сотрудников-протезистов, работающих по разработке научно-технических сторон протезного дела. Единственно в томском институте на всю Россию были проведены курсы для врачей по протезному делу, и большая часть слушателей этих курсов работают в настоящее время в протезном деле как в Сибири, так и в Европейской России.

И если Томская губерния в отношении протезирования счастливее своих соседов, т.к. имеет у себя в центре работоспособный протезный институт и не нуждается в посылке своих инвалидов за тысячи верст (как Иркутская и Енисейская губ.), то на Томской губ. в первую же очередь лежит и обязанность еще более укрепить работу института на пользу инвалидов.»

М.И. Вавпшевич*. стат. «Томский протезный институт»  газета «Красное знамя» вып. № 80 Воскресенье, 15 апреля 1923 года. Текст приведён (дан) в оригинальном (не изменённом) виде. Орфография и пунктуация автора сохранены)

* М.И. Вавпшевич – директор томского протезного института. Возглавлял институт после перевода А.П. Малышева в Москву. Инженер, автор книги «Учебное пособие для слесарей-ортопедистов» Науч.-исслед. клиника протезирования и ортопедии Наркомсобеса РСФСР, изд. 1941 году в Москве.

 

В мае 1924 года предприятие переезжает сначала в часть просторных помещений, прежде принадлежавших купцу Болотову, позднее занимает всю их площадь полностью и продолжает занимать их до сих пор.

 

«Угол ул. Равенства и Нечаевской. Большой 2-этажный кирпичный корпус. в небольшой части нижнего этажа приютилась мастерская по изготовлению протезов (искусственных конечностей).

Директор ин-та, инж. Вавпшевич, любезно встречает меня и дает справки: - Предприятие основано в 19 г. Находится в ведении наркомздрава. Снабжает своими изделиями Томскую губ. и всю Вост. Сибирь: Енисейскую, Иркутскую, Якутскую г., Бурреспублику… В производстве занято 28 человек, работниц - одна, подростков – двое. Работа сдельная…»

 «Инвалиды снабжаются протезами бесплатно, но ин-т берет и частные заказы (до 15% общей выработки).»

«В тесном помещении мастерской повернуться негде; работают «один на другом» шорники, слесаря, столяры и др. рабочие. Показывают мне образцы искусственных ног, рук. Чистые, аккуратные, легкие изделия.»

П. Трофимович. стат. «По предприятиям. В Томском протезном институте.» газета «Красное Знамя» вып. №90 от 18 апреля 1924 г.

Предприятие выпускает протезы конечностей, шарниры, кожаные крепления, ортопедическую обувь, корсеты, зубные протезы, работает ремонтная мастерская. Разработкой продукции инженеры занимаются вместе с медиками, каждый случай требует индивидуального подхода. Сами протезы изготавливают простые рабочие. На работу учениками сапожников и плотников принимают малограмотных людей, окончивших 3-7 классов средней школы, обучение проводят на местах.

В 1925 году, по результатам работы комиссии, возглавляемой завотделом протезирования Наркомздрава, Восточно-Сибирскому Протезному институту был присвоен статус Краевого. Это означало, что Сибирский Краевой Протезный институт являлся главным в своей отрасли в Сибирском регионе. Сибирский Краевой Протезный институт курировал 16 округов Сибирского края. Эта огромная территория включала в себя Новосибирскую и Томскую области, Красноярский край, Хакасию, Бурятию и Якутию. Ассортимент выпускаемой продукции был очень широким: собственно протезы, ортопедическая обувь, костыли, корсеты и бандажи. Одних корсетно-бандажных изделий насчитывалось 18 наименований.

Протезный институт преобразуется в сибирский краевой.

(Беседа с директором института М.И. Вавпшевичем).

«…институт существует, главным образом, за счет средств наркомздрава. Средства отпускаются на 40 единиц (за единицу берется протез ноги). Сумма отпускаемых средств - 1710 рублей. Расходы же института равны 2500 рублям. Разница покрывается дотациями и платными заказами. В данное время ин-тут переживает кризис, ибо НКЗ кредиты на октябрь резко уменьшил с 1710р. до 1160 р.»

«…в связи с общей разрухой и организационным периодом работа протекала слабо. Выработка равнялась 10 единицам в месяц, теперь 50 единиц в месяц. Производительность труда увеличилась. На предстоящий год намечается программа 100 единиц в месяц. Институт преобразуется в сибирский краевой. Теперь он обслуживает Томскую, Енисейскую и Иркутскую губернии, Якутию и Бурято-Монгольскую республику, Забайкальскую железную дорогу и за дотации обслуживает Н.-Николаевскую, Алтайскую, Семипалатинскую губернии и Дальний Восток.

Проведено широкое разделение труда. Снижается накладные расходы, строго соблюдается экономия материалов, что в результате дает снижение себестоимости. В будущем году, в связи с повышением программы, число рабочих увеличивается до 47 человек. Ближайшие задачи – улучшить оборудование мастерских института. В первую очередь, необходимо поставить двигатель, увеличить количество станков, приобрести инструменты и т.д.»

                                                           газета «Красное Знамя» вып. №140 от 24 июня 1925 года.

«Протезный институт – это целое предприятие. Имеются мастерские: слесарная, столярная, шорная, своя кузница. Здесь механическим путем делается замена того, что безжалостная война, отнимает у крепких и здоровых людей: искусственные руки и ноги костыли и др.

 Протезы кистей рук – сделаны из дерева, пальцы у суставов разгибаются, поверхность гладкая полированная. С такой рукой инвалид имеет возможность придерживать предметы, легче и папиросу закурить. Инвалид с искусственной ногой может танцевать, и вы не узнаете, что он инвалид.»

(ред. «Красное знамя» от 25 июня 1925г.)

В 1937 в стране была создана сеть протезных мастерских, перешедших в ведение Наркомата Соцобеспечения. Сибирский Краевой Протезный институт был встроен в эту систему, как Томский протезно-ортопедический завод. В 60-х годах протезно-ортопедический завод был преобразован в Томское протезно-ортопедическое предприятие, которое состояло в подчинении Главного управления протезной промышленности Министерства социального обеспечения РСФСР.

В газетах, выпускающихся в то время, удалось найти описание работы предприятия:

«Маленькая уютная приемная.  Три раза в неделю сюда является профессор. и приходят институтские клиенты: безрукие, безногие, с изогнутыми позвоночниками инвалиды войн и труда. Приходят заказывать протезы.

Под наблюдение профессора производится освидетельствование. На специальной деревянной доске делается чертеж мнимой (мнимой потому, что настоящей не имеется) ноги или руки и все. Через недельный срок заказчика просят пожаловать на примерку, а еще через неделю за ногой или рукой.

- Ваша рука будет готова через неделю!!!

Рядом с приемной «белая комната», или гипсовая. Комната где делаются бандажи для исправления позвоночного хребта. Здесь прежде всего бросаются в глаза какие то странные наручники, спускающиеся с потолка на блоке.

Это «палинаст». Больного заставляют, если он в силе это сделать, взяться за наручники, и, для того, чтобы его позвоночник принял свободное, правильное положение, наручники подтягивают. Одновременно с этим больного начинают обматывать марлей, смоченной в гипсе. Когда гипс подсыхает и образуется в сплошную корку, полученный корсет разрезают и снимают с больного. По этой модели и делается бандаж.

Полученные с заказчиков мерки искусственных рук и ног из приемной поступают в техническое отделение. Здесь составляется детальнейший технический чертеж. Предусматривается каждый миллиметр.

Уже из технического отделения заказ передается в производственный цех.  В нижнем этаже института слесарно-сборное отделение. Вся работа этого отделения идет ручным способом. К протезам делаются «скелеты» - железные части. На одном из верстаков вытачиваются ступни ног. Далее на длинных столах производится более сложная работа.

Вот один из мастеров трудится над так называемой «кроваткой Луреца».

- «Кроватка» представляет из себя нечто вроде колыбели, устроенной по фигуре ребенка, страдающего искривлением позвоночника.

В углу комнаты стоят несколько ортопедических корсетов.

Здесь же в нижнем этаже полировочное отделение.

Такой шум и трескотню который там стоит вообразить себе трудно. Гремят шкивы. Шуршит приводный ремень. А больше всего трещит расположенный здесь-же мотор внутреннего сгорания.

У полировочного станка двое чумазых ребят. Лица их не чище черного от металлических опилок пола. Из-под умелых, опытных рук миллиардами блещут огненные искры.

Последний цех – шорный. Цех где металлические скелеты, приготовленные в слесарно-сборном отделении, обтягиваются кожей.

Рядом никкелеровочная комнатка. на полу здесь уставлен ряд ванн с раствором никкелевой соли. На стене аккомулятор. Никкелировочным мастерам дело приходиться иметь с электричеством.

Помимо никкелировки металлических частей протезов институт принимает для никкелировки и предметы домашнего обихода. На столе поблескивают несколько только – что повидимому отделанных самоваров.

Томский протезный институт – почти единственный на всю Сибирь. Имеется протезный институт в Омске, но его скорее можно назвать отделением нашего института. Заказы поступающие туда, в большинстве, проходят через томский институт. Возможно, что омский институт в скором времени будет совершенно ликвидирован.

Заведывающий институтом сейчас уехал на сибирский научный с`езд. Там будут демонстрироваться образцово – сделанные части протезов, изготовленные нашим институтом.»

Ежедневная газета томского Окружкома ВКП(б), ОкрИсполкома и ОкрПрофсовета «Красное знамя» вып. 1926г., декабрь, 24, Пятница №296 (2365). Текст приведён (дан) в оригинальном (не изменённом) виде. Орфография и пунктуация автора сохранены.

Предприятие славится своими рабочими:

«…сейчас бандажный цех является передовым на заводе. Средняя производительность труда работниц в первой декаде августа составила 335 процентов плановой. Все без исключения работницы дают от трех до четырех производительных норм, работают без брака. Продукция выпускается в полном соответствии с установленными промышленными стандартами. Руководитель цеха товарищ Павлова Е.Ф., депутат Томского городского Совета, выполнение своих депутатских обязанностей сочетает с самоотверженным трудом на производстве, с заботой о людях.» (ст. «В передовом цехе протезного завода» ред. «Красное знамя» вып.25 августа 1946 года.)

«…стахановец Томского протезного завода, 26 летний мастер Александр Дмитриевич Грехнев, систематически увеличивает производительность труда. Еще нет года, как он работает в деревопротезном цехе, а уже добился высоких показателей. В январе он выполнил план на 120 процентов в апреле уже на 236 процентов. Совместно с бригадиром цеха И.Ф. Вутяновым им было внесено рационализаторское предложение, которое привело к тому, что толщина стенки деревянной гильзы сократилось с 8 до 6 миллиметров. Это сделало протез легким. Сохранение же прежней прочности достигается дополнительным слоем марли с эмалитиком.»

«Начальник цеха никелировки тов. Ф.С. Чернов руководит цехом всего 6 месяцев. Цех был самым отстающим и не справлялся с выполнением заданий. Производительность труда рабочих была низкой. Боевые качества старшего сержанта нашли хорошее применение в мирной трудовой обстановке, укрепилась дисциплина в цехе, улучшилось качество работы.

Славно трудятся и другие демобилизованные воины, работающие на протезном заводе. Слесарь А.С. Комбаров, заготовщик Л.Ф. Шахматов, сапожник-ортопед Н.Ф. Бусыгин, слесарь водопроводчик К.И. Фоминский и многие другие – все они выполняют от полутора до двух и более норм.» (ст. «Стахановцы новой пятилетки на трудовом фронте» ред. «Красное знамя» вып.04 июля 1947 года.)

«…техник протезист А.М. Пономарев, бывший танкист. В отечественную войну был ранен в прибалтике. Лечился в Томске. Здесь на заводе А.Н. Чернышев сделал ему первый шинно-кожанный протез. По душе пришлось Анатолию Митрофановичу это предприятие, где людям возвращали веру в себя, в жизнь. и он остался, приобрел специальность. На заводе все такие энтузиасты: и А.Н. Чернышев, проработавший здесь четверть века, и старший слесарь Б.М. Зейферт, и главный инженер Д.Я. Кузнецов, и семидесятилетний врач В.В. Траут. Иначе нельзя! «Продукция», которую выпускает предприятие, - не одного стандарта. Каждая модель – своеобразная, резко отличается одна от другой. Поэтому каждый заводской специалист – неистощимый изобретатель. Порой делается, на первый взгляд невозможное.

Благородная цель - возвращать людей в строй. Что может быть выше? ...»  (И. Ажгихин «Протезисты» ред. «Красное знамя» вып.08 октября 1960 года.)

После распада СССР предприятие несколько раз меняло название, переходя из одного министерства в другое:

1999г. – ФГУП Томское протезно-ортопедическое предприятие Министерства труда и социального развития Российской Федерации;

2005г. – ФГУП Томское протезно-ортопедическое предприятие Федерального агентства по здравоохранению и социальному развитию России;

2008г. – ФГУП Томское протезно-ортопедическое предприятие Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации;

2012г. – ФГУП Томское протезно-ортопедическое предприятие Министерства труда и социальной защиты Российской Федерации;

В 2016 году протезные предприятия всей России становятся филиалами единого предприятия, которое является ведущим в отрасли и стабильно занимает лидирующие позиции на рынке протезно-ортопедических изделий - Федеральное государственное унитарное предприятие Московского протезно-ортопедического предприятия Министерства труда и социальной защиты Российской Федерации (ФГУП «Московское ПрОП» Минтруда Росии).

В настоящее время филиал «Томский» ФГУП «Московское ПрОП» Минтруда России - это прогрессивно развивающееся предприятие, имеющее лицензию на осуществление деятельности по изготовлению протезно-ортопедических изделий; лицензию на осуществление медицинской деятельности; высококвалифицированные и профессиональные кадры; собственное производство, оснащенное современным оборудованием.

Номенклатура выпускаемых изделий насчитывает более 100 наименований. Изделия отличаются современным дизайном и высоким уровнем качества. Широкий ассортимент изделий в сочетании с разнообразием используемых при индивидуальном изготовлении материалов обеспечивают реабилитацию населения по обширному спектру медицинских показаний ортопедического профиля. Предлагаемые пациентам изделия зарегистрированы в федеральной службе по надзору здравоохранения и социального развития.

В настоящее время на базе предприятия развивается несколько направлений деятельности:

  • Изготовление и ремонт протезно-ортопедических изделий по индивидуальным заказам граждан (протезы верхних и нижних конечностей различных конструкций), ортезы (корсеты, аппараты, туторы, головодержатели, реклинаторы и т. п.), протезы молочной железы, бандажные изделия;
  • Изготовление и ремонт сложной ортопедической обуви, различных корригирующих приспособлений (стелек, полустелек);
  • Реализация технических средств реабилитации для облегчения жизни инвалида (ходунки для детей и взрослых, малогабаритные коляски для инвалидов, костыли, трости и т.д.);
  • Диагностика состояния дефектов и реабилитационных возможностей у лиц, нуждающихся в протезно-ортопедической помощи, с целью определения объема, вида и характера указанной помощи;
  • Осуществление специальных мероприятий по подготовке к протезированию, непосредственно протезированию, подгонке и пользованию протезно-ортопедическими изделиями, в том числе в стационаре сложного и атипичного протезирования;
  • Ремонт и обслуживание технических средств реабилитации.
  • Оказание реабилитационных услуг лицам, нуждающимся в протезно-ортопедической помощи, но не имеющих группы инвалидности;
  • Реализация ортопедических товаров в  ортопедическом салоне «Целитель»

Сегодня на протезно-ортопедическом предприятии трудятся 78 человек. Работа ведется по пяти направлениям: медицинский отдел, протезный цех, ортопедический цех, бандажный цех, лечебно-оздоровительное отделение.

В сентябре 2007 года, тогда еще исполняющий обязанности руководителя Томского ортопедического предприятия, ныне управляющий филиалом «Томский», Пеленицын Дмитрий Геннадьевич в интервью для газеты «Томские новости», на вопрос – «Что планируете в будущем?»,  ответил: - «Считаю, главным направлением развития нашего предприятия является постепенная эволюция в сторону полноценного реабилитационного центра. Это моя и нашего коллектива мечта – если системно работать на создание условий для реабилитации, есть шанс, что многие из тех, кто оказался нашим пациентом, могут вернуться к обычной жизни. Наличие в структуре предприятия полноценной медико-психологической службы позволит объяснить пациентам, как им «жить дальше». А специалисты по реабилитации в стационаре и в тренажерном зале покажут инвалиду, как это делается на практике. и многое мы уже внедрили, например, тренажерный зал и стационар уже работают.»

Сегодня стационар сложного и атипичного протезирования способен принять 25 человек единовременно. Сотни пациентов в год проходят комплексное амбулаторное лечение: физиотерапия, лечебная физкультура, лечебный массаж. Тех, кому протезировали нижние конечности, заново учат ходить. Работа ведется как со взрослыми, так и с детьми.

В протезном цехе проходит полный цикл работы с пациентами: снимают индивидуальные мерки, делают слепки, изготавливают протезы и крепления. Ортопедическую обувь и стельки также делают по индивидуальным размерам. Выполняется все то о чем в 2013 году могли только мечтать.

«Прошлый год оказался знаковым для многих протезных предприятий, в том числе и для нашего региона. Полуфабрикаты для протезов стали интеллектуальнее, стали оснащаться электронным управлением. В 2012 году в Томске впервые изготовили протез нижней конечности с коленным модулем, управляемым встроенным компьютером и интеллектуальной стопой.

Высокофункциональным протезированием верхних конечностей предприятие занимается с 2008 года. Умное и красивое изделие с биоуправлением способно с помощью мышечных усилий, подающих импульс в протез, удерживать 15кг.

В планах предприятия – увеличение относительно общей массы высокофункциональных изделий. Сейчас это 2,5%, хороший показатель для томской области, но Пеленицын надеется, что удастся довести до 4-4,5%, что близко к среднеевропейскому уровню.

В конце беседы и экскурсии по цехам Дмитрий Геннадьевич с чувством гордости за предприятие, которое стало его детищем, отметил: «Думаю, годы работы на развитие прошли не зря. Люди обращаются к нам за помощью, мы даем им возможность полноценно жить, помогаем в средовой и психологической реабилитации и при этом успеваем заниматься некоммерческими проектами. Этим и вправду стоит гордится.»

(ст. «Протез-жизнь с начала», журнал «Персона» вып.01/2013 года.)

 


Исторические постройки пережили два капитальных ремонта и внутри полностью утратили свой изначальный облик. Последнюю реконструкцию провели в 1999 году. Сегодня все три строения соединены между собой теплыми переходами. Общая площадь предприятия составляет три тысячи квадратных метров. Какими постройки были внутри, остается только догадываться.

Купеческий особняк претерпел значительные изменения: появились пластиковые окна и новые двери, две водосточные трубы, над основной частью строения появилась мансарда, которой в проекте не было.

Здания пережили два капитальных ремонта, и ни один из них не предусматривал реконструкцию кровли. Мансарда появилась при ремонте здания в 2000 году.  В феврале, ночью, в один из кабинетов провалилась крыша. Чердак решили превратить в мансарду и использовать как дополнительные площади.  Большая площадь зданий не позволила реконструировать разом всю кровлю, поэтому крышу восстанавливают частями. На сегодняшний день ее ремонт до конца не завершен.

На первом этаже бывшего особняка оборудован протезный цех, на втором — кабинеты административных служащих и директора, на мансарде — кабинеты администрации и большой лекционный зал.

У здания торговых служб облик тоже изменился: по-новому устроена входная группа со стороны проспекта Фрунзе, и кованая решетка на крыше имеет другой рисунок. По плану под крышей в центре здания должен был размещаться большой жетон с буквой «Б» (Болотов). Но нам неизвестно, был ли план реализован до конца. Сейчас эта часть выглядит совсем не так, как предполагалось в проекте.

В бывшем торговом доме работает стационар, здесь же ведется амбулаторный прием пациентов. Со стороны улицы Гагарина оборудован отдельный вход. Здесь располагается ортопедический салон и лечебно-оздоровительное отделение.

А вот двухэтажной постройки во дворе купеческого особняка и торгового дома в проекте вовсе не было, здесь должна была быть одноэтажная конюшня. На это указывают несколько фактов: в стенах хорошо просматриваются огромные замурованные арки, через которые могли пройти и лошадь, и груженая телега. Тут же возле одного из проемов сохранилась коновязь — кольцо, куда привязывали лошадей. Сейчас помещения переоборудованы в протезный цех.

Очевидно, что Болотов пытался оставить свой след в истории Томска: принимал участие в церковной жизни города, вел дела и жил среди местных миллионеров. Только не очень у него это получилось: биография его не сохранилась, а от каменной застройки остались только стены.

Дело инженера Малышева, напротив, продолжает жить и развиваться уже более 100 лет.  Сегодня это «Томский» филиал «Московского протезно-ортопедического предприятия» Министерства труда и социальной защиты Российской федерации.

И, кто знает? Возможно, его история еще только начинается...

Вверх